Куда вынуждены идти работать бывшие бортпроводницы

Считается, что бывших стюардесс не бывает. Они даже после увольнения или выхода на пенсию все так же живут небом и скучают по рабочим будням "на высоте". Однако жизнь диктует свои условия, заставляя бортпроводниц искать новые способы заработка. Так случилось в 2020, когда работники авиации массово остались без работы.

Пандемия обрушилась на мир словно внезапный шторм, и одной из первых пала под ее натиском романтичная и далекая от суеты земной жизни отрасль — авиация. В одночасье самолеты превратились из символов свободы и глобализации в главных разносчиков заразы. Границы захлопнулись, авиакомпании замерли, а для миллионов людей, чья жизнь была неразрывно связана с небом, наступила суровая реальность выживания.

Цифры, озвученные международными ассоциациями, были пугающими: убытки в сотни миллиардов долларов, падение пассажиропотока на две трети. Но за этими абстрактными миллиардами стояли судьбы живых людей. Пилоты, стюардессы, инженеры — элита транспортной системы — в одночасье оказались не у дел. Мир заговорил о новозеландских бортпроводницах, ушедших в стриптиз, и британских, начавших продавать интим-услуги. Это были крайние, шокирующие примеры отчаяния.

Но как же пережили этот коллапс обычные российские стюардессы? Их истории — это настоящая хроника кризиса, растянувшегося на год.

Возьмем, к примеру, Наталью. Для нее небо было не работой, а призванием. Она с гордостью носила форму и обожала свои заграничные рейсы. Пандемия застала ее врасплох в романтической поездке к жениху-турку, тоже авиаинженеру. Их роман напоминает сюжет мелодрамы: знакомство в Таиланде, встречи в Москве, а потом — внезапный карантин во Вьетнаме из-за заболевшего в салоне пассажира. Когда она все же вырвалась в Россию, а он — в Турцию, границы уже закрылись. На пять месяцев они оказались разлучены разными континентами.

Вернувшись на работу, Наталья обнаружила, что от прежней авиации ничего не осталось. Вместо заграничных маршрутов — редкие внутренние рейсы. Зарплата, напрямую зависящая от налета, рухнула. Компания, стараясь удержать коллектив, отправила людей в неоплачиваемые отпуска. Коллеги Натальи ринулись искать хоть какой-то заработок, чтобы платить по ипотекам и кредитам. Летом, когда открыли Турцию, она, не раздумывая, улетела к жениху. Уходила со «слезами на глазах», но страх снова оказаться в ловушке закрытых границ был сильнее. Теперь она живет в Турции, монтирует видео для блогеров и мечтает снова вернуться в небо — хоть турецкой стюардессой, хоть русским пилотом.

Другая героиня, Ася, отдала небу шесть лет жизни. Для нее пандемия стала моментом горького прозрения. Если раньше у нее было по 10-17 рейсов в месяц, то теперь — два-три. Этого катастрофически не хватало на жизнь. Как иногородней, ей пришлось особенно тяжело. Она четыре раза приходила увольняться и четыре раза, рыдая, уходила домой, не в силах решиться на окончательный разрыв. Преданность профессии боролась с инстинктом самосохранения. В итоге она уволилась, сорвалась в Москву «в никуда» и теперь пытается стать блогером, снимая кулинарные видео. Она до сих пор скучает по небу, но возвращаться «в никуда» не хочет.

А вот Наталья не испытывала никаких сантиментов. Она проработала два года и поняла, что не любит эту работу — бесконечные перелеты, отсутствие личной жизни и времени на себя. Пандемия лишь добила ее: зарплата упала с 100 до 30 тысяч, и смысла терпеть больше не было. Она без сожалений выплатила контрактный штраф в 40 тысяч рублей и улетела в Турцию, где помогает маме с салоном красоты. Ее подруги в это время разошлись кто куда: в курьеры, массажистки, преподавание английского. Вчерашние элитные стюардессы развозили по Москве заказы — яркий символ того, как рухнул целый мир.

И наконец, Дарья, которую уволили в апреле с истечением контракта. Она с детства мечтала о небе и прошла долгий путь к своей цели. Попытки найти работу «на земле» — администратором в салоне красоты, консультантом в магазине — провалились. Все казалось невыносимо скучным и однообразным после того братства и чувства семьи, что царили в экипаже. Она теперь постоянно мониторит вакансии и ждет того дня, когда самолеты снова поднимутся в воздух, а ее позовут назад.

Общая картина, которая складывается из этих четырех исповедей, поражает. Пандемия не просто лишила людей работы. Она заставила их переоценить всю свою жизнь, разлучила с любимыми, отбросила к подножью социальной лестницы и показала, насколько хрупким может быть даже самый надежный и престижный мир. Кто-то нашел в этом шанс начать все заново, а кто-то до сих пор с тоской смотрит в небо, ожидая, когда же закончится этот затянувшийся шторм.